В честь кого названа улица Марджани

размещено в: Магнитогорск | 0

Улица Марджани

Десять лет назад на карте Магнитогорска появилась новая улица – Марджани. Возраст для улицы небольшой, но за её названием целый пласт истории Магнитогорска, Татарстана и России.

В XIX веке в Татарстане вряд ли можно было найти человека, популярнее Шигабутдина Марджани. О нём писали, им восхищались, его ругали, ему следовали, его отвергали. В XX веке информацию о нём постарались вымарать из официальной истории. И длилось это забвение не один десяток лет. В 2000 годах интерес к Марджани и его учению возник вновь. Особенно в городах России, где не понаслышке знают слово “спецпереселенцы“…

Мансур Газизулин – коренной житель посёлка Крылова. Дом, в котором он родился и вырос, в 1951 году построил отец. О том, чего стоило семье Газизулиных получить заветное разрешение на строительство, Мансур Саитович и сегодня вспоминает с волнением. Долгие годы его родители – бывшие спецпереселенцы – даже мечтать не могли о собственном доме. Поэтому, когда отец, десять лет отсидевший в сталинских лагерях, сообщил о том, что его ходатайство о приобретении участка удовлетворено, радости домочадцев не было предела. Из барака на левом берегу они перебрались в строящийся посёлок.

В переулке имени математика Чебышева Мансур Газизулин живёт вот уже более полувека. Историю, а особенно историю близкую, знает хорошо. Его заинтересовала улица имени Марджани. “Есть колорит какой-то у этого слова! Не то грузинский, не то индийский!” – подумал Мансур Саитович. И вот что выяснил. Это татарский богослов, философ, историк, просветитель, начальное образование получил в медресе, где преподавал отец. Юный Шигабутдин не ограничивался изучением школьных предметов и занимался самостоятельно в домашней библиотеке. Уже с семнадцати лет он начинает преподавать в медресе и, будучи неудовлетворён учебником морфологии персидского языка, составляет свой. Оба его деда и отец сумели привить юному Шигабутдину стремление к учению, развитию. Первые свои произведения он посвятил истории тюркских народов. Марджани первым из мусульманских учёных был избран в общество археологии, истории и этнографии при Казанском университете. А когда в Казани проходил всероссийский съезд, в котором приняли участие более 300 учёных, доклад Марджани по истории Булгара и Казани вызвал бурю оваций.

– Ещё до революции постарались предать забвению его деятельность, а вообще-то он был одним из первых татарских просветителей, – рассказывает Мансур Газизулин. – Если говорить о нём как о человеке XIX века, то его знало всё татарское население. Он был известен и как религиозный деятель, и как историк. Но больше всего его знали как историка.

Своими нововведениями Марджани создал задел для последующих реформаторов. Так педагог Ильминский основал в Казани центральную крещёно-татарскую школу и разработал систему христианизации и русификации нерусских народов. Дабы противостоять деятельности Ильминского, Марджани подготавливал свои кадры.

Кстати, в 30-е годы “систему Ильминского” применили и в Магнитогорске, когда в школах № 19 и 35 для детей спецпереселенцев организовали татарские классы. Предполагалось, что эти школы будут готовить преданных партии и советскому строю граждан, разрушителей патриархальных мусульманских устоев. Впоследствии многим из выпускников этих школ позволили поступить в техникумы и институты, дали возможность вступить в комсомол и партию, многие прошли войну. Но, несмотря на то, что связи с родными они не порвали, о своей исторической родине, о житье-бытье бабушек-дедушек, об их корнях, вере и всем, что с ней связано, они мало что знали.

О том, как татары, чуваши, удмурты и прочие народы попадали на комсомольскую стройку к Магнитной горе, написаны сотни книг. В них документы, фотографии, воспоминания очевидцев. Но Мансур Газизулин знает этот период советской истории по рассказам своих близких. Для него – это история семейная. От бабушек и дедушек он слышал о том, как по пути в Магнитку, на узловых станциях, православные семьи размещали в каменной мечети, а мусульман – в христианском храме. Справлять нужду заставляли прямо на пол. Это было частью продуманного плана по уничтожению веры. Затем всех поселили в общем бараке, запретив отгораживаться друг от друга даже занавеской. Так и жили у всех на виду. Ели, спали, кормили детей, страдали, радовались, справляли национальные праздники, оплакивали умерших, молились.
Первая мечеть появилась в Магнитогорске в 50-х годах на левом берегу. Обычный жилой дом, построенный на деньги верующих мусульман. В 70-х годах он был официально зарегистрирован как мечеть. Ещё через двадцать лет на правом берегу началось строительство новой мечети – на улице, которая впоследствии получила имя Марджани.

Источник: газета “Магнитогорский Металл”

Фильм о татарском богослове Шигабутдине Марджани

Видео о Магнитогорской мечети по ул. Марджани

Оставить ответ